Нереальная реальность

Костёр в тропиках

  • Догорающий  диск тропического солнца медленно катился за линию горизонта, отступая под натиском всепоглощающей тьмы, постепенно окутывающей собой водную гладь Карибского моря с его великолепием и множеством коралловых островов. На ночном небосклоне полноправно воцарился в гордом одиночестве холодный диск таинственной и завораживающей луны.
  • Марк и Энн, прижавшись плечами друг к другу, сидели у ночного костра, погрузив ступни своих ног в, напитавшийся за день теплом,  песок тропического острова. Лёгкий ночной бриз трепал их распущенные волосы, заставляя локоны танцевать в такт языкам пламени догорающего костра. Вдали под медитативный шум лениво накатывающихся на песчаный берег уставших волн, покачивался тёмный силуэт их парусной яхты.
    — Спасибо тебе. — Нарушив глубинное молчание, тихим голосом промолвила Энн, подталкивая тростью тлеющий уголёк в сердце пылающего костра.
    — За что? — С лёгким удивлением спросил Марк, не сводя взгляда с огромного лунного диска на небесном полотне.
    — За то, что ты показал мне этот мир, открыл мне глаза и научил замечать его красоту. До этого я жила в огромном мегаполисе. Все мои мечты и желания сводились лишь к обладанию заветной сумочкой из модного каталога и к путешествиям по дорогим отелям, с одной лишь целью, чтобы сделать эффектные фото и разместить их в свой Инстаграм.
  • Я ведь только сейчас начала понимать, как сильно я тогда заблуждалась, пытаясь доказать всему миру, что я успешна и обладаю высоким социальным статусом. — Очень глупо гоняться за ложными атрибутами комфорта, не понимая простой истины. А ведь комфорт — это не вещи, которые тебя окружают. Комфорт — это когда на душе спокойно, как, например, сейчас. Тихо мурлыкнув, Энн с улыбкой кокетливо положила голову на плечо Марка и продолжила:
    — Мы обошли с тобой на нашей маленькой яхте пол мира, мы бывали в тех местах, в которых мало кто бывал и вряд ли посчастливится им там побывать.
  • Мы видели бурлящие гейзеры, неземной красоты водопады, стаи летучих рыб и стаи китов, проплывающих мимо нашей яхты. Мы видели сотни неописуемой красоты закатов в океане, бродили босиком по берегам Мальдивских островов, играя с прибоем, сверкающим под ногами словно вселенная, от эффекта биолюминесценции планктона.
  • Мы любовались подводным миром коралловых рифов в водах Индонезии, восхищаясь великолепием и разнообразием жизни океана. А у розового озера Хилиер, ты сделал мне предложение, подарив это замечательное колечко. Энн вытянула вперёд правую руку, будто хвастаясь перед завистливой подругой, расправила свою ладонь, на безымянном пальце которой, переливаясь в отблесках костра, в изящной золотой оправе мерцал чёрный опал.
  • После, обхватив руками свои ноги, согнутые в коленях, она с грустью продолжила.                                              — Мы с тобой посмотрели почти все чудеса света, и мне так жаль осознавать, что наш мир такой маленький и имеет границы.
  •  — Границы говоришь? — вопросительным тоном переспросил Марк.
    — Да, границы. — с печалью в голосе посетовала Энн.
    — Ну если есть границы, значит за границами что-то должно быть, не так ли? — задумчиво парировал Марк, продолжая всматриваться в идеальный профиль луны, повисшей над тёмной гладью Карибского моря.
    — Может и есть, а может и нет. Нам точно не суждено узнать об этом. — со вздохом, полным печали, проговорила Энн.
    — Я бы так категорично утверждать не стал.
    — Ты это о чём? — поинтересовалась Энн, повернув , удобно лежащую щекой на своих коленях, голову к Марку.
    — Думаю, что тогда тебе это стоит увидеть. — задумчиво, без интонаций, сказал Марк.
    — Что именно, о чём ты говоришь? — оживилась девушка.
    — Ладно пойдём спать! Уже совсем поздно. Оставим все вопросы до утра. — Марк, поцеловав в щёчку свою подружку, поднялся и направился в сторону неподалеку растянутой палатки. Недолго думая, Энн отправилась следом за ним.
    Насыщенный день в тропиках изрядно измотал влюблённых. Уставшие, они быстро погрузились в крепкий глубокий сон.

Где-то там за горизонтом

  • Чёрная липкая темнота вселенной
    наполнялась разноцветными спиралями зарождающихся галактик. От открытого взору масштаба происходящего, от осознания своей ничтожности перед непостижимым, перехватывало дух. В глухой тишине, пронизываемой единым разумом, вальяжно маневрируя между небесными светилами, медленно взмахивая своими плавниками, словно крыльями, бороздила пространство вселенной огромных размеров морская черепаха, на панцире которой располагался небольшой участок улицы неизвестного городка.
  • Модно разодетая Энн, в коротком коричневом полушубке, в светлых изящных сапожках на шпильках, стояла на тротуаре, а на поводке у нее, шевеля своими усами, спокойно стоял рядом, прижавшись к полотну тротуара, полуметровый Мадагаскарский таракан.
  • Энн ругалась с полицейским, который тыкая пальцем в сторону таракана, угрожал ей составить протокол, за то, что её питомец справил нужду в неположенном месте. Девушка активно протестовала, обещая подать жалобу, куда следует, на служителя правопорядка, сотрясая перед его суровым лицом, своим мобильным телефоном.
  • Из полумрака противоположной стороны улицы показался силуэт мужчины, насвистывая какую—то незатейливую мелодию, он не спеша, приближался. — это был Марк.
    — Привет, что у тебя тут происходит? — с улыбкой спросил он, глядя на взволнованную девушку, не обращая внимания на разъяренного жандарма.
    — Я тут шла, а он… — едва контролируя свой гнев, быстро затараторила Энн.
    — Я ещё раз спрашиваю, что… сейчас… вокруг… тебя… происходит? — не дав договорить фразу до конца, чеканя каждое слово и впечатывая их в сознание девушки, переспросил Марк.
  • Энн глубоко вздохнула и с явным раздражением, начала пояснять ситуацию, в которой она оказалась.
    — Я шла по улице
    —С кем ты шла по улице? — перебил её Марк.
    — С Тэдди я шла! — с явным раздражением выкрикнула Энн.
    Полицейский стоял неподвижно, ткнув свою ручку в протокол, внимательно всматриваясь в лицо раздражённой девушки.
    — Кто такой Тэдди? — повышая голос переспросил Марк.
    Каждый вопрос Марка раздражал Энн всё сильнее и сильнее.
    — Вот Тэдди! — девушка ткнула пальцем в таракана, невозмутимо шевелящего своими длинными усами, покорно замеревшего на тротуаре в розовом ремне со стразами, опоясывающего его коричневый панцирь.
    — Посмотри на Тэдди, и скажи кто он! — не сбавляя напора проговорил Марк.
  • Энн выдохнула притопнула ногой от злости и посмотрела на конец своего гламурного розового поводка. Лёгкое замешательство от увиденного промелькнуло на лице девушки, но через пару секунд она повернулась к Марку и спокойно, голосом оператора мобильной связи, проговорила:
    — Тэдди это мой домашний таракан.
    — Тогда что тебя раздражает? — спокойно проговорил Марк.
    — Он меня раздражает! — вспыхнув потоком злости, выкрикнула Энн, капризно ткнув наманикюренным пальцем в невозмутимое лицо жандарма.
  • Подождав, когда у девушки иссякнет весь поток злости, направленный на служителя правопорядка, Марк поднял руку, удерживая свою ладонь над фуражкой полицейского. Тело жандарма, начало окутываться белым свечением, и после того, как оно превратилось в сгусток лунного сияния, тонкой струйкой, втянулось в ладонь Марка. Энн смотрела на этот процесс, как пациент на качающийся маятник в полумраке кабинета гипнолога.
    Опустив руку, Марк подошёл к девушке пребываемой в лёгком недоумении, и сказал:
    — Энн, у нас мало времени, расскажи что сейчас вокруг тебя происходит, и подробно, пожалуйста.
    Энн быстро выдохнула и тонким голосом, с нотками сарказма, начала описывать происходящее:
    — Ну мы с тобой стоим на улице, я, ты и…
    — И кто ещё с нами? — спокойно задал вопрос Марк.
    — Тэдди, мой таракан.
    — Таак, значит твой таракан?             —Хорошо, в каком городе мы сейчас находимся? — настойчивым тоном задал следующий вопрос Марк.
  • Энн быстро набрала воздуха в лёгкие, в надежде на автомате выпалить название города в котором она находится,  и, конечно, которое она была обязана знать. Но,посмотрев по сторонам, весь её напор вместе с выдохом сошёл на нет. ,— Название города она не знала.
  • В ночном полумраке света уличных фонарей, просматривался конец, проезжей части, за которым виднелся край панциря, из под которого, выглядывала огромная голова морской черепахи, лениво поворачиваясь из стороны в сторону. Её огромные плавники взмах за взмахом колебали пространство вокруг, генерируя волны умиротворения в телах двоих наблюдателей мириад звёзд и галактик проплывающих мимо.
    — Куда исчез полицейский? — не дожидаясь ответа, спокойным тоном задал свой последний вопрос Марк.
    Девушка с приоткрытым ртом от удивления, оторвав свой взгляд от созерцания вселенной, посмотрела на то место, где только что стоял жандарм.
    Отсутствие жандарма, её всколыхнуло. Но не сам факт отсутствия недавнего возмутителя её спокойствия, а пробивающиеся из подсознания капля за каплей словно дождь через камышовую крышу, воспоминания подробностей самого процесса исчезновения полицейского.
  • — Он… исчез… у тебя… в руке… — медленно, выдавливая из себя каждое слово, вступая при этом в жёсткое противостояние со своим разумом, проговорила Энн.
    — Что происходит Марк, где мы? — едва не плача взмолилась девушка, где-то в глубине своего сознания, не желая услышать правду.
  • Марк взял Энн за обе руки и сказал:
    — Ты сейчас спишь, это твой сон, и мы сейчас в нём, мы находимся в твоём сне! — монотонным, и голосом,  острым как осколки разбитого стекла, Марк каждое слово, словно молотком вколачивал в подсознание девушки, не сводя взгляда с её испуганных глаз, постепенно заливающимися слезами страха.
  • Энн неуверенно отвела в сторону свой взгляд, окинув ещё раз происходящее. Волны осознания, одна за другой обрушились на её восприятие, ломая границы, не оставляя от них камня на камне, шок, вибрации по телу, тишина, покой, медленно перерастающий в абсолютное присутствие и созерцание  настоящего момента.
    Марк отпустил одну руку и стал спокойно говорить, опасаясь нарушить то, ради чего он собственно тут и оказался.
    — Вот то, что находится за пределами твоих границ, границ восприятия твоей обыденной реальности, и это то, что я хотел тебе показать.
  • Правая рука Энн, та что была свободной, ощутила приятное тепло от лёгкого прикосновения. Девушка, повернула голову опустив свой взгляд. За руку её держала маленькая девочка в ярко белом сарафане, узоры на котором меняли свои формы. Это были дельфины выпрыгивающие из морской пучины и ныряющие обратно, полосатые котята играющие с красным клубком шерстяных ниток и разноцветные бабочки, порхающие с цветка на цветок.
    — Это тебе. — звонким голосом сказала девочка, эхо от которого прокатилось по окружающему пространству.
    И она надела на запястье Энн ободок с розовым бантиком.
    — Пойдём, я покажу тебе свою Маму! — с улыбкой и детским задором весело проговорила девочка, сделав шаг в сторону, потянула Энн за собой.
  • Марк, с заметной настороженностью в голосе, медленно проговорил.
    — Иди, только не смотри на бантик.
    Но взгляд Энн, при упоминании аксессуара, моментально устремился к банту. Мгновение, и внимание девушки уже было ей не подконтрольно. Красота, изящность ткани, узел непрерывно перетекающий из одной конфигурации в другую. Вот уже бант, вспыхнув голубоватым свечением, превратился в бабочку махаона. Бабочка грациозно взмахнула крыльями, каждая прожилка которых притягивала внимание девушки своим эффектом флюоресценсии. Оттолкнувшись от руки Энн, она, оставляя за собой золотистую пыль, вспорхнула в верх.
  • — Не смотри на неё Энн! Не смотри на неё! — где-то там, уже далеко внизу, постепенно затихая, звучал голос Марка. Белый туман стал растворять окружающий мир вокруг Энн, пока он не схлопнулся в одну маленькую чёрную точку, которая потом развернулась перед девушкой уже в другую локацию, где уже не было Марка, как не было и её сознания.

Полоса забвения

  • Университет.Старая, повидавшая виды аудитория с размалёванными массивными деревянными партами, ступенчато спускающимися к подножию кафедры, освещавшейся тусклым светом электрических ламп, которых было в половину меньше чем посадочных мест в корпусе, покрытого паутиной старого светильника. Студенты со скучающим видом сидели на своих местах, а пожилой преподаватель с тройными линзами в массивной оправе своих очков, в чёрном засаленном костюме, в котором он, судя по всему, ещё защищал свою  кандидатскую диссертацию, честно отрабатывал свои преподавательские часы.
  • Копна седых редких волос на его голове шевелилась, постоянно меняя свою форму, в процессе чего создавалось впечатление, будто каждый волос на его голове обладал собственным разумом и активно взаимодействовал со своими соплеменниками, сплетаясь и формируясь во всевозможные конфигурации.
  • Профессор, тем не менее, скучным монотонным голосом, стоя у доски, рассказывал о принципе действия синхрофазотрона. Вокруг него вращались частицы, и он, переводя деревянную указку с одного электрона на другой, произносил слова и формулы, которые после произнесения вслух, материализовывались в математические символы и постепенно заполняли собой пространство аудитории.
  • Но дрейфующие в воздухе интегральные и дифференциальные уравнения абсолютно никого из студентов не удивляли, как не удивляло это собственно и саму Энн, сидевшую за последней партой рядом с каким-то незнакомым ей человеком.
  • Слушая профессора, она методично вносила записи в свою тетрадь, но записи оживали, и каждая буква едва материализовавшись на бумаге, старалась, как можно быстрее, покинуть тетрадный лист, прыгая с учебного стола на пол аудитории вместе с другими подобными ей беглецами.
  • Иногда, оторвавшись от занудного лектора, девушка наблюдала за буквами, но её критическое восприятие окружающего мира наверное в этот момент «выходило куда-то покурить», и поэтому ничего не обычного для неё в этот момент не происходило: убегают буквы с тетрадного листа? Ничего страшного — я ещё напишу.
  • Она спала и её сновиденное тело подчинялось исключительно набору примитивных шаблонных инстинктов, достаточных лишь для реагирования на конкретные ситуации, возникающие по сюжету сна.
  • За этим сном снился другой, второй, третий, локации плавно перетекали друг в друга, заполняя мир вокруг всякого рода загадочными персонажами и метаморфозами, приправляя этот информационно —визуальный коктейль абсурда доброй порцией смысловых галлюцинаций, тем самым отбрасывая сознание Энн, на задворки её эмоциональной памяти.

Там где хочется проснуться

  • Энн открыла глаза, материализовавшись в своём теле, в том мире, где слышался приятный и спокойный шум набегающей волны на песчаный берег острова. Повсюду раздавались голоса птиц, которые, будто соревнуясь между собой, издавали поистине невообразимые звуки. Где-то неподалёку был слышен шум родника. Его падающая струйка воды, со звоном разбиваясь о камни, перетекала в мягкое журчание нескончаемого водяного потока. Солнце, едва показавшись из-за горизонта, своим мягким светом, словно заботливая мать, будящая своё маленькое дитя, пробуждала ото сна всё живое вокруг, и через приоткрытый клапан палатки, щекотало своим лучиком заспанное лицо красавицы Энн.
  • Прохладный утренний ветерок, ворвался в палатку, наполнив её приятным запахом костра и чего-то жаренного и вкусного. — Ну конечно, теперь точно пора вставать, подумав о предстоящем завтраке, сладко потянулась девушка.
    Энн отбросила в сторону лёгкое покрывало, и в длинной растянутой белой футболке Марка, что заменяла ей ночную сорочку, выползла из палатки, ступив босыми ногами на прохладный, остывший за ночь песок.
  • Неуверенной походкой, продолжая потягиваться, по-прежнему пребывая в приятной истоме, она направилась в сторону костра, у которого скрестив ноги, сидел Марк, подкатив до колен свои чёрные штаны.
    — Доброе утро, о прелестное дитя природы, весь мир благоволит тебе в это чудное мгновение, и я вместе с ним приглашаю тебя, о несравненная Энн, разделить со мной этот скромный завтрак из морепродуктов. — Марк проворно вскочил на колени, вскинув свои руки к небу, как бы обращаясь ко всем небожителям. Но потом, сделав паузу, бросил вниз обмякшие конечности, и с улыбкой посмотрел в лицо своей заспанной спутнице.
  • Энн весело расхохоталась, правой рукой укладывая за ухо непослушную прядь своих длинных чёрных волос, присела рядом с Марком, крепко поцеловав своего добытчика.
  • На раскалённых углях костра лежал толстый слой зелёных пальмовых листьев, на котором, пронизываемые тонкими струйками голубоватого дыма, коптились два румяных кусочка рыбного филе. А с краю, на углях, не спеша дымилась медная турка, до краёв наполненная ароматным  кофе.
    — Как спалось? — заботливо поинтересовался Марк, выкладывая на зелёный лист банановой пальмы, кусочки рыбного филе.
    — Спалось очень замечательно. Я даже за ночь ни разу не проснулась. Как заснула вечером под шум прибоя, так под шум прибоя утром и проснулась.
    — Что тебе снилось?
    — Да, всякая билиберда. Снился мой университет, Рудольф Яковлевич с необычной причёской на голове. Это наш профессор, он преподавал курс физики когда я училась там.
    — А ещё что тебе снилось? — продолжал диалог Марк, отправив при этом себе в рот, первую порцию копчёного рыбного филе.
    — Ну, остальные сны я плохо помню. Помню, что ходила по яблоневому саду и собирала яблоки в корзину.
  • Помню, как на роликах каталась по озеру, которое располагалось не далеко от дома моей бабушки. Подумать только, на роликах и по озеру, вот забавно! — хихикнула Энн, положив при этом в свой рот, кусочек пряного завтрака.
    — И больше ничего не помнишь? — с явным интересом всматриваясь в лицо девушки, спросил Марк.
    — Нет, не помню. — игриво отмахнулась от вопросов девушка.
  • — А почему тебя сегодня так интересует моя жизнь в моих сновидениях? Это просто сны, не стоит к ним относиться серьёзно. Фантазии, переработка информации, бесполезная трата времени говорить об этом. — Занудным тоном проговорила Энн, полностью поглощённая наслаждением вкусом, медленно пережёвывая кусочек копчёной рыбной мякоти.
  • Внимательно дослушав девушку, Марк ничего не ответил, молча поставил турку с кофе в центр костра, отбросив в сторону начинающие тлеть пальмовые листья, и усевшись на песок, глядя в сторону горизонта, начал насвистывать какую—то мелодию.
    Энн, казалось, что ничего не слышала, и была полностью сосредоточена на сигналах от вкусовых рецепторов во время своей трапезы. Но спустя несколько секунд, она внезапно замерла прекратив жевать рыбу.
    — Что это за мелодия? Мне кажется где-то я её слышала. — Украдкой спросила девушка, как будто пытаясь вспомнить нечто очень важное.
  • Марк ничего не ответил, продолжая насвистывать незатейливый музыкальный мотив.
    — Я знаю эту мелодию. — Энн едва выдавила из себя эти слова. Её лицо постепенно каменело от просачивающихся сквозь пелену забвения, капля за каплей, словно пот, воспоминаний об одном очень странном сне.
    Марк прекратил насвистывать, и через небольшую паузу задал один вопрос:
    — Как там поживает твой Тэдди? — и, медленно повернувшись к девушке, настойчиво посмотрел в её глаза переполненные растерянностью.
  • От этого вопроса глаза Энн едва не вылезли из своих орбит. Её мозг вспыхнул фонтаном воспоминаний о том сне, в котором она, держа таракана Тэдди на поводке, ругалась с настойчивым полицейским на улице миниатюрного городка, уместившегося на панцире морской черепахи, плававшей среди галактик по просторам необъятной вселенной.
    — Ты насвистывал эту мелодию в моём сне! — дрожащим голосом пробормотала Энн.
    — Это был не простой сон! Кто ты ? — Вскрикнула девушка, оттолкнувшись ногами и проехав на попе в сторону, оставив на песке отчётливую борозду.
  • Застыв в позе человека, готовящегося убежать прочь без оглядки, она с опаской смотрела на Марка, ожидая ответа на свой вопрос.
    — Хо-ро-ший вопрос!— усмехнулся Марк, принимая реакцию девушки, как нечто само собой разумеющееся.
    — Я бы многое отдал, за точный ответ на этот вопрос. Но, до тех пор, пока я его не получил, я тот человек, который сидит перед костром рядом с перепуганной дурочкой и ждёт, когда закипит кофе. — Ответил Марк, голосом, лишённым всякой интонации.
  • Юмор в этот момент оказался очень кстати, и он помог Энн немножко расслабиться.
    — Как ты там оказался? Ты был в моём сне, и это был не простой сон?! И вообще был ли это сон? Где мы с тобой были? — Быстро затараторила девушка, задавая один вопрос за другим, внимательно впившись своим взглядом в невозмутимое лицо Марка.
  • — Да, ты права, это был не простой сон, это был совместный осознанный сон. А где проходило действие, на данном этапе, тебя это меньше всего должно волновать. — ответил Марк, снимая с углей турку с закипающим кофе.
  • — Подожди, я вспоминаю, была девочка …, она была такая настоящая …, и бантик, да … бантик! Она взяла меня за руку …, я чувствовала её тепло …, и запах …! Запах ткани её нового накрахмаленного платья …— Она была живая! Это не было моей фантазией, она была живая! — Выкрикнула Энн, впившись пальцами в свои растрёпанные волосы.
  • — Я помню бант, я видела, как каждая ниточка, оживая одна за другой, приводила в движение его розовый атласный материал, который завязывался в разнообразные узлы на моей руке!
    — Вот тут ты правильно подобрала понятие «видела». Да, действительно, в этот раз, ты видела, а не смотрела. Тебе одной из немногих людей на этой планете, посчастливилось на личном опыте осознать разницу между понятиями видеть и смотреть.
  • — Но почему я раньше не осознавала этой разницы? — Задала свой вопрос девушка, продолжая с интересом всматриваться в лицо своего собеседника.
    — Всё очень просто. Потому, что все 25 лет твоей жизни, окружающие люди, тебя учили только смотреть. — Спокойным тоном проговорил Марк, разливая кофе на две белых фарфоровых чашки.
    — Как же так, как люди могут этого не знать? Это ведь нереально круто! Это совершенно иной мир и иной уровень качества восприятия! Им срочно всем нужно рассказать об этом! — Едва сдерживая ритм своего дыхания быстро проговорила девушка.
  • —Люди? — Усмехнулся Марк.
    — 99.9 десятых процента людей, услышав от тебя подобное, сочтут тебя сумасшедшей либо наркоманкой, для них этого просто не существует! Они верят только в тот мир, который их научили воспринимать. Учили их те, для которых так же ничего, кроме окружающей их замкнутой и примитивной реальности, не существует. Так из поколения в поколение, век за веком, эра за эрой, эта догма укрепилась до состояния нерушимости гранитной скалы. Их скудное восприятие сейчас для них предел и эталон! Всё, что выходит за их рамки, воспринимается ими, как бред сумасшедшего, которого нужно срочно упаковывать в смирительную рубашку и обколоть галоперидолом, — сказал Марк, протягивая Энн чашку горячего кофе.
  • —Запомни Энн, самая большая ошибка в жизни, которую ты можешь совершить, это думать, будто ты живёшь, а на самом деле, ты всего лишь находишься в зале ожидания жизни. В этой жизни самое главное научиться совмещать свои рациональные способности на яву с безграничными возможностями во сне.
  • Вспомни, как ты работала на ненавистной тебе работе. Долгий трудовой день. Помнишь?
    — О, да. — с грустью в голосе произнесла девушка, утопая в своих воспоминаниях о ненавистной работе помощником главного бухгалтера в магазине стройматериалов.
    — И представь, что потом ты приходишь домой, ложишься спать и просыпаешься во сне! Обидно, что мы продаём свою жизнь так дёшево на яву, но сны то приходят бесплатно!
    — Да, то, что я сегодня ночью узнала, это вполне подтверждает то, о чём ты говоришь. — С грустью в голосе констатировала Энн.
  • — Скажи, а почему ты мне запрещал смотреть на бант?
  • — Хороший вопрос, и хорошо, что ты запомнила этот момент. Этот бант был ловушкой для твоего внимания. Вспомни, что произошло, когда ты всё своё внимание сконцентрировала на нём!
  • — Конечно, я помню. Этот сон растворился, и ты вместе с ним. Но почему так произошло?
  • —Девочка, которая подарила тебе этот бант, была направлена программой сна. Её задача была сконцентрировать твоё внимание на маленьком предмете, отвлекая тем самым от окружающего пространства. Короче говоря, этот бант стал твоим миром, так как мы находимся там, куда направлено наше внимание.
  • — А зачем она это сделала?
  • — Точно я сказать не могу, но предполагаю , что существуют некоторые силы, которые не очень рады подобным путешествиям в мир сновидений.
  • — Как интересно, и как искусно они всё это провернули со мной!
  • — Да, поверь они непревзойденные мастера дурачить адептов.
  • — Таракан Тэдди, фууу — протянула Энн, заметно поморщившись от неприятных воспоминаний.
  •  — О да, Тэдди это было круто!— рассмеялся Марк.
  • — У тебя оригинальное воображение. Мне показалось, что вы с ним были не разлей вода.
  •  — И поводок со стразами! — подхватила Энн, рассмеявшись с ним в унисон, забыв о кружке с горячим напитком в руке.
  • Кружка качнулась и на нежную бархатистую кожу её руки из чашки плеснулось несколько капель кипятка.
    Чувствительность кожных рецепторов не заставила себя долго ждать.

Что есть сон? И кому суждено проснуться?

  • Энн вздрогнула, оторвав свою голову от мягкой подушки. Утреннее солнце едва пробивалось в небольшую спальню сквозь плотный шёлк задернутых штор, постепенно рассеивая ночной полумрак, медленно отступавший под натиском набирающих силу солнечных лучей. Рядом на кровати тихо во сне посапывал Марк, жадно скомкав одеяло в свои кулаки.
  • Настойчивый, ядовито-зелёный цвет цифр электронных часов, стоявших на прикроватной тумбе, рисовал на табло текущее время — 06:55.
  • — Марк, уже семь, вставай, нам на работу! — хриплым, безжизненным голосом пробормотала Энн, вяло поднимаясь с кровати, одёргивая свою ночную сорочку.
  • — Да, сейчас, уже встаю. — Прохрипел Марк в ответ, перевалившись на другой бок в мягкой и тёплой постели.
  •  — Марк, вставай, мы опять опоздаем, как вчера. Сегодня, наверняка, будет пробка на Садовом кольце. Мне бы сегодня пораньше, чтоб товар в магазине на приход поставить! — Раздался голос Энн под шум журчащей в умывальнике воды.
  • Марк поднялся с постели и, протерев ладонями заспанные глаза, неуверенной походкой подошёл к письменному столу, на котором небрежно были разбросаны несколько томов романа Карлоса Кастанеды. На краю подоконника лежала ещё одна книга, на светлой обложке которой был нарисован профиль мужчины в чёрном плаще и в чёрной фетровой шляпе, а в его руке был небольшой коричневый саквояж. Мужчина стоял у входа в некий портал, грань которого отделяла одну реальность от другой, фиолетовой субстанцией в форме вращающейся вихревой воронки.
  • Марк прикоснулся к книге и медленно провёл пальцем по её названию, выдавленному чёрным витиеватым шрифтом «Хакеры сновидений. Путешествие в нереальную реальность».
    — Значит это всё-таки возможно. — С лёгкой улыбкой шёпотом произнёс Марк, сбрасывая с себя сладкие чары шлейфа былых сновидений.
  • — Ма — арк, знаешь, мне такой классный сон снился! Будто мы с тобой сидели у костра на тропическом острове, ты говорил мне какие-то странные вещи. — С задором в голосе проговорила Энн, сплёвывая зубную пасту в раковину  под шум разбивающейся воды о фарфор сантехники.
  • Дальше, то что говорила Энн, Марк уже не слышал. Он открыл книгу на последней странице которую не успел ещё дочитать. Там была заключительная цитата:
    «Все люди спят, спят во сне и спят на яву, люди не хотят просыпаться, люди хотят покоя, сон — это покой. Если ты станешь их будить, они будут возмущаться, и ты превратишься в возмутителя их спокойствия. Если ты сам пробудился, не мешай спать другим и пребывать их разуму в покое. Не буди людей до тех пор, пока они сами не пожелают проснуться, а если они не желают просыпаться, значит их время ещё не пришло.»
  • Прочитав это, Марк захлопнул книгу и направился в ванную, откуда переполненная эмоциями Энн, рассказывала о своих снах, в которых она видела чудного профессора из своего университета, о том как она каталась на роликах по озеру, что находится вблизи дома её бабушки, и о том, как она собирала яблоки прогуливаясь по летнему саду.
    — Не принимай это всё всерьёз, это всего лишь сны, всего лишь фантазии и переработка информации. — Сказал Марк, крепко обняв и нежно поцеловав свою любимую.

 

  • P.S. Около трёх миллионов лет назад, человекоподобная обезьяна взяла в руки палку.
  • В настоящее время, эта видоизменённая обезьяна, разрабатывает план по заселению соседней планеты, сканирует вселенную, открывая новые планеты на расстоянии десятка миллиардов световых лет.
  • Научилась выращивать органы своего тела в пробирке и уже находится на пороге раскрытия кода своего генома.
  • Третью часть своей жизни, эта видоизменённая обезьяна называющая себя человеком—разумным, проводит во сне. И на протяжении всего времени своего существования, область сна для неё оставалась и остаётся неизведанной.
  • —А почему? — Спросите вы.
  • —А потому, что сновидения, невозможно изучать находясь на окладе каким бы высоким он ни был, даже если ходить исправно на работу пять дней в неделю.
  • В начале 90-ых годов прошлого столетия, появилась группа людей которые называли себя «хакеры сновидений». Эта группа рассматривала сон как программу в нашей голове—суперкомпьютере.
  • Программу сновидений, задача которой любыми методами не допустить переноса сознания человека в своё сновидение, они научились взламывать, отсюда и название группы— «хакеры сновидений».
  • За десяток лет своего существования, группа добилась феноменальных результатов, которых не добился по сей день ни один НИИ планеты занимающийся изучением сна.
  • Так, один из участников группы вывел девочку из комы, найдя её тело сновидения потерявшееся в лабиринте её собственного сна—нашёл и вывел его благополучно из опасного места.
  • А теперь представьте обратную ситуацию, и прикиньте возможности этих людей, которые если способны вывести человека из комы проникнув в его сон, не покидая своей уютной кровати, где бы эта кровать не находилась. Вероятно эти люди также способны и ввести в кому, причём любого человека например какого нибудь влиятельного политика, или члена его семьи?
  • Группой и её наработками, конечно заинтересовались спецслужбы. В результате чего некоторые члены группы погибли при странных обстоятельствах, а оставшиеся скрываются по сей день по планете, продолжая свои исследования мира снов. И на каком уровне сейчас находятся их познания и владение законами мироздания, нам с вами остаётся только догадываться, и конечно же продолжать спать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *