Рассказ. Ангел в ночном лесу

 

УАЗ в снегу

Предисловие

Иногда, происходят такие события в моей жизни, которые хочется увековечить — положить на бумагу. Вот как раз этот рассказ об одном из них. Этот рассказ написан для меня и для тех людей что оказались в то время рядом со мной. Вот и вам предлагаю вместе с нами, окунуться в тот далёкий 2014 год и вместе посмаковать захватившие тогда нас интересные события.  Несколько лет я под гнётом обязательств перед самим собой собирался это сделать, и вот так сказать результат, который как монетка падает в копилку моих мемуаров.

Вступление

Вся наша жизнь состоит из цепочки событий, просто событий, следующих одно за другим, но яркость, цвет, эмоции и сопричастность — всё это придаёт им наш ум и только он. Так что, лишь от нас зависит какой будет наша жизнь: скучной,
как жизнь цепного пса в деревне у одинокой озлобленной на жизнь старухи или насыщенной и яркой, подобно перляжу пузырьков шампанского в бокале полупьяного столичного мажора. Выбирать нам и только нам. И дело тут совсем не в деньгах, как многие из вас могут подумать, а в отношении к происходящему вокруг.

Сначала была мысль

Декабрь. Ильский, поселок городского типа, что находится в полсотне километров от города Краснодара, где прожил я до этого момента всю свою сознательную жизнь, медленно гонимый потоком времени, словно уставший, спотыкающийся железнодорожный состав, приближался вместе со мной к символичной дате 31декабря.

Дата, которую с замиранием сердца, отсчитывая дни, и делая зарубки, подобно Робинзону на необитаемом острове, ожидает окутанный волшебством и тайной, каждый счастливый ребёнок. Дед мороз, подарки, гости, запах ёлки перемешанный с букетом ароматов праздничных блюд, салют, праздничное настроение Мамы, которая хлопочет порхая по кухне, а мимо неё туда-сюда проплывает, словно бутылка водки мимо заскучавшего рыбака, насвистывающее незатейливую мелодию, довольное лицо Папы. С явным предвкушением бурных застольных дискуссий о политике, футболе, о технических ньюансах ремонта стареньких жигулей, да под бокальчик коллекционного коньяка с кумовьями, по которым в этом доме, давно уже все соскучились.

С годами чувство волшебства притупляется и вот уже тот период, когда мы встречу Нового года воспринимаем, как подвернувшуюся возможность немного, а лучше много, хорошо выспаться и не более того.
Но несмотря на это, тот маленький ребёнок, что остался где-то в звенящей тишине на задворках нашей памяти, надеется, и несмотря ни на что, ждёт в этот праздник чуда и волшебства.

Маша

В тот момент, я был знаком и активно общался в сети интернет с девушкой из г. Азов (Ростовская область), её звали Мария. Познакомились мы также в интернете, когда одним скучным вечером я коротал своё время на диване в доме своих родителей за листанием страниц, тогда ещё популярной, соцсети ВКонтакте. Время от времени я пытался начать беседу с приглянувшимися мне девушками, рассылая им сухие и чёрствые, как корка заплесневелого хлеба, сообщения типа «Привет, как дела?». Наверное на том конце «провода» также убивала время и Маша.Прителевшие на её IP адрес несколько моих скучных слов, впоследствии перевели её тихую, спокойную и размеренную жизнь типичной офисной амёбы, в статус «Неприемлемо».

Маша— очень красивая девушка, но не в этом суть.

Девушка блондинка
Маша

Красивых девушек много, а уж тем более в России. Этим фактом особо никого не удивишь. Женская красота она возносится как культ. Желание ею обладать и демонстрировать у обеих полов ярко выражено, и, как мне кажется, чем дальше, тем сильнее. С каждым годом своей жизни, обладателница вожделенной красоты, постепенно попадает на удочку, где сорваться с крючка уже практически не представляется возможным. Возникает тотальная ассоциация себя как тела и не более.

Девушки ради того, чтобы быть конкурентными и соответствовать модным тенденциям, ложатся под нож и шприц кудесников бьюти-индустрии, невзирая на риски, не то чтобы приобрести желаемое, но и на высокую долю вероятности потерять то, что имели до вмешательства из вне. При удачном стечении обстоятельств ни в чём себе не отказывают.

Их фотографии везде, их много: в разных позах, в разных нарядах, с минимумом одежды на их телах, с нереальными формами груди, губ, ягодиц, татуировки, как будто зону, лет пяток, оттоптала— всё пошло, вызывающе и вульгарно! Теперь они, как золушка на балу у принца, осознающая, что в 12 ночи её карета превратится в тыкву, а она — в размалёванную татуажем и нафаршерованную ботоксом в разные части тела, крысу.

У них нет времени, они ищут, рекламируют своё тело в соцсетях и, не теряя времени, ищут, ищут и ищут. И так один, второй, третий, десятый, … тридцатый…. Надо успеть выбрать достойного своей короны, и способного в полной мере обеспечить жизнь её, её детей, Мамы, и Йоркширского терьера, ну, накрайняк , отбить вложения в рестайлинг многострадального тела. Быстрее, быстрее, нет —не он, следующий, следующий, нет времени. Многие красивые девушки поступают именно по такому сценарию. Многие, но только не Маша.

Имея от природы красоту Мадонны, на страничке Марии, среди фотографий ракушек морского прибоя, ласкающего тропический песчаный пляж в лучах заката, размещалось несколько фото, на которых Маша, как модель, рекламировала свои изделия, связанные крючком.

Девушка в вязаном платье
Маша рекламирует связанное платье По поводу эксклюзивных вещей и аксессуаров ручной работы это к Маше https://instagram.com/maria.shemyakina

Это были белые кружевные воротнички и изящные серьги, выполненные ею с помощью техники плетения нити «Фриволите».

Фриволите
Серьги для невесты, сплетённые Машей

Также были размещены связанные ею юбки, топы, береты и даже пальто. Пальто, которое я, взяв в свои руки, впал в ступор, всматриваясь в узоры, похожие на китайские иероглифы.

Девушка в вязаном пальто
Пальто, которое связала Маша

Я смотрел на это, не побоюсь громкого слова, произведение искусства, пытаясь своим умом технаря-энергетика, прикинуть сколько труда и времени пришлось ей затратить, чтобы связать подобное чудо!

Она вязала его два месяца, изо дня в день, вечерами после работы. В последствии Маша это пальто, просто подарила своей подружке. Для меня этот жест был подобен жесту Тибетских монахов, неделями рисующих разноцветным песком неимоверной сложности фрагментов мандалу, размером с комнату.

Монах тибета
Тибетская мандала

А потом взмахом метлы все свои недельные труды, что достигались ползанием на коленях по каменному полу монастыря, превратить в разноцветную пыль, и, замерев, наблюдать, как песчинка за песчинкой осваивают пространство вокруг и, подхваченные ветром перемен, исчезают, канув в вечность.

Маша овладела великим множеством техник плетения и вязания. Очевидно то, что эти знания, не были впитаны ею с молоком матери.

Девушка и вязанный шарф

Серьги фриволите
Серьги под брэндом Маши «Frivole» По поводу эксклюзивных вещей и аксессуаров ручной работы это к Маше https://instagram.com/maria.shemyakina

Она их ,скрупулёзно получала вечерами, путешествуя во бескрайнему интернет пространству, изучая и фильтруя сайты, тематические форумы, журналы, отказываясь от клубных тусовок—царство блуда и разврата, куда её иногда приглашали ветреные подруги — охотницы, подгоняемые инстинктом размножения или просто большим желанием весело провести время.

Немодная, мастерица Маша тем временем оставалась одна, с головой до ног погружённая в атмосферу своего творчества. Вот именно в один из таких вечеров в списке её непрочитанных сообщений высветилось скучное моё, — Привет, как дела?

Первое свидание с мастерицей

В общем, прежде чем встретиться с Машей, мы вели почти каждодневную переписку на протяжении полугода, и только после, мы решили что пора нам переместить общение из виртуального мира в реальный.

Несмотря на то, что я на свидание ехал порядка 400 километров в одну сторону, Маша, как я заметил, не особо старалась мне понравиться, так как на некоторых своих фото она выглядела лучше, чем во время нашей первой встречи. Но она не врала, как врут большинство девушек, размещая в сети фотографии подверженные жесточайшему и беспринципному фотошоппингу, порой даже на основе изначального материала 10-ти летней давности.В случае Маши было полное соответствие фотографий из соцсети и тем, что я увидел в реальности. Единственно, что оказалось для меня большим сюрпризом, так это её рост. Он составлял 150 сантиметров, и это при моих 186!

Одета она была в синие обтягивающие джинсы, удачно подчёркивающие красоту бёдер и стройность её ног. Короткий бордовый пуховичок, который спустя годы, она неосторожно прожгла ночью у костра в реликтовом можжевеловом лесу у моря, когда под вой шакалов доставала для нас закипевшую кружку с травяным чаем. Высокие чёрные сапожки на шпильках, добавляли стройности её ногам и делали её походку уверенной и элегантно-летучей, посредством которой она и появилась в Кафе, словно осенний порыв ветра, ворвавшийся на улицы провинциального городка Англии, срывающий на своём пути, устаревшие афиши и фетровые шляпы, с голов лощённых джентльменов.

Плюхнувшись на мягкий диван по другую сторону от меня , она сложила на своём лице губы в форме улыбки и через пару секунд, все мышцы лица вернулись в изначальное состояние. В состояние, будто бы только что в очереди на почте России её за волосы оттаскала какая-то жирная провинциальная тётка.
Сделав резкий кивок головы, тем самым забросив эти, так сказать, «многострадальные» светлые волосы назад, растегнула пуховичёк, ослабив обмотанный вокруг своей шеи, связанный ею в тон пуховику, изящный бордовый шарфик.

— Привет. — сухо выдавила Маша, отвлекая меня от созерцания буйства стихий в движениях её миниатюрного тела.

Встреча прошла так-себе. По всем прогнозам, наши отношения, как и многие подобные в моей амурной практике, должны были рассыпаться как жемчужное ожерелье по отполированному паркетному полу, соскользнувшее на званном балу, с утончённой шеи королевской особы. Но нас с Машей на тот момент, связывало гораздо больше, чем обычно связывает на такой стадии отношений подавляющее большинство пар, поражённых стрелами Амура. И поэтому для нас обоих всё только начиналось.

Заманчивое предложение

«Адыгея»— это одно из тех мест, в которых я чувствую себя, как дома. Но лично я различаю для себя две Адыгеи: равнинная и горная Я предпочитаю горную. Они имеют отличие как по ланлшафту, так и по менталитету населения. На равнинной её части я могу отметить неуёмное желание некоторых слоёв населения зарабатывать деньги и тратить заработанное с максимальным пафосом. Не редко можно заметить как у старенькой хижины, повидавшей на своём веку становление и закат казачества, припаркованный у ворот старенький, но зато «Мерседес» или «БМВ». Печально и скучно смотрится архитектура строений коммерческого назначения. Глядя на них, закрадывается мысль, что предприниматели Адыгеи настолько торопились начать зарабатывать, что даже не было времени подумать, и, хоть немного, привнести элементов дизайнерской мысли, в свои бетонные коробки, именуемые кафе, магазинами, чебуречными и автомойками, которыми застроена вся прилегающая территория дорог федерального значения в черте городов и посёлков на территории этой республики. Про топливный бизнес в Адыгее тема отдельная, и, по факту, он имеет, зачастую, чисто формальный характер, т.е заправки имеются, но клиента увидеть на них удастся далеко не каждому внимательному автовладельцу.

Заправка
Частная заправка в Адыгее.

Всё это потому, что в лихие 90-е, предприимчивые коммерсанты Адыгеи, те, что на скорую сменили бурку на малиновый пиджак, стартовый капитал зарабатывали разными способами, и крылатая фраза «разбавлять бензин ослиной мочой»— это, как раз, про заправочный бизнес Адыгеи. В итоге, несколько предприимчивых ребят на доверчивых автолюбителях сколотили состояния, а репутация заправочных станций на территории данной республики осталась подмоченной на десятки лет. Такой она остаётся и поныне. Нередко на дорогах вблизи Краснодара можно встретить отпетых «Джигитов», превращающих в дым резину на своих, затонированных вглухую, доживающих последние часы, автоклячах «made in АвтоВАЗ».Лада Приора

Это шоу зрелищно, и, как правило, сопровождается характерным хрустом приводов колёс и шестерней коробок переключения передач. Именно по этой причине, автомобили, на которых регистрационные номера имеют регион 01, покупатели на авторынках обходят за квартал.

Горная Адыгея — это совсем другая Адыгея. Она вполне напоминает какой-нибудь популярный туристический хуторок Алтая.

Гузерипль
Дорога до п.Гузерипль

Тишина, покой. Всюду порядок, чистота, радушие и ,конечно, потрясающей красоты природа, в которую со вкусом вписана инфраструктура туризма, что и является основным доходом местного населения.
В этом месте, среди лесов, снегов и свежайшего горного воздуха, я и присмотрел симпатичный отель для встречи Нового года. Маша приняла и одобрила мое предложение, со ссылкой на сайт отеля, в кратчайшие сроки . В итоге на 30,31 декабря, на двое суток, мы бронируем номер в комфортабельном отеле посёлка Мезмай.

Зимняя резина — быть или не быть…

Мезмай зимой
Посёлок Мезмай

Посёлок Мезмай, расположен вблизи Лагонакского нагорья и, соответственно, если в горах снег, то его тоже заметает, и порой очень сильно. На тот момент я владел автомобилем Volkswagen Passat. Всё было хорошо в этом автомобиле, за исключением одного момента — он не был укомплектован зимней резиной. Не потому, что у меня не было денег на этот, порой жизненно необходимый элемент авто в зимний период, а потому, что на Кубани зимний период, в лучшем случае— неделя в году. В остальное время, люди с ноября по март, царапают шипами хорошо прогретый солнцем асфальт.

Машины у меня долго не задерживались, чтоб можно было купить комплект зимней резины, раз и на десяток лет. А покупку комплекта зимних шин из-за одной поездки в горы я посчитал нецелесообразной. Тем более, я от своего друга Константина узнал, что они всей своей большой компанией также Новый год встречают в Мезмае. Он пообещал мне, по приезду на место, передать текущую снежную обстановку. А также дал понять, что, в крайнем случае, их компания едет на нескольких авто разнообразных типов и проходимости, начиная от типичных городских малолитражек до полноприводного внедорожника УАЗ (буханка), так что без поддержки меня не оставят.

Настал долгожданный день. Константин доложил, что снежная обстановка в районе Мезмая, мягко говоря, не соответствует экипировке моего авто, так как, имея даже шипованные шины, ему приходилось с пробуксовками взбираться на подъёмы, покрытые спрессованным и укатанным снегом. Но была и хорошая новость, что в станице Нижегородской, что ниже Мезмая, мы можем свой автомобиль поставить на охраняемую автостоянку, на которой он обещал зарезервировать для нас место, а потом забрать нас с Машей, и уже по горному серпантину на своём авто, подвезти до самого порога нашего отеля.

Звучало это как предложение, от которого, сложно отказаться, тем более, что других вариантов у нас небыло. За исключением того варианта, чтоб рискнуть, и на летней резине прокатиться по покрытому льдом горному серпантину, попав тем самым в номинацию «дураки уходящего года».

Встречаю Машу на перроне ЖД вокзала, закидываю на плечо её рюкзак, прыгаем в авто. И вот мы, довольные, как Петросян в эфире передачи «Смехопонорама», за новыми эмоциями и впечатлениями мчим навстречу приключениям в новогоднюю зимнюю сказку, оставляя позади, предпраздничную суету и шумные улицы Краснодара.

Дорога в снежную сказку

Унылые пейзажи Кубанской зимы сменялись один за другим на протяжении всего нашего пути: лесополосы с мрачными, казавшимися безжизненными деревьями, окружёнными пожелтевшей от времени прелой травой, грязные машины, снующие по трассе туда-сюда, с задумчивыми лицами водителей. Мелькающие по обе стороны дороги правильной геометрической формы поля, дома, магазины, озадаченные люди, и зимнее солнце пытающееся хоть как-то приукрасить окружающий нас мир, упрямо посылало лучик за лучиком сквозь толщу серых облаков.

Мы с Машей не любили слушать музыку в машине. Нам всегда было о чём поговорить, что обсудить, да и просто помолчать, слушая окружающий нас мир. Нам это было тоже интересно. Иногда она зачитывала интересные рассказы, которые находила в интернете, я внимательно слушал и ,конечно, потом, каждый из них мы обсуждали. Одним из таких рассказов был рассказ «Летун».

После небольшой паузы в разговоре, и нескольких взмахов наманикюренным пальцем по экрану планшета, Маша, голосом девочки, стоящей на стульчике у ёлки перед завхозом, переодетым в костюм дедушки мороза, на утреннике в детском саду, объявила:  рассказ «Летун».» Само название и интонация Маши уже вызвало неподдельный интерес на моём лице и я отчеканил:
— Читай!

Рассказ оказался по истине увлекательным, в нём говорилось о человеке, который на книжном рынке продавал свой, от руки написанный в засаленной тонкой тетради,трактат. Трактат был о том, как научиться человеку летать. Но никому, как оказалось, эти знания не были нужны, как бы сильно он ни старался его продать, выкрикивая на весть рынок и размахивая в воздухе своей татрадью: «Продаётся трактат, продаётся трактат! » Люди либо считали его сумасшедшим, либо просто не видели в этом умении никакого практического применения, а следовательно не видели и смысла платить деньги за эти бесполезные знания.

Рассказ меня поразил тем, насколько удачно и филигранно автор преподнёс читателю мысль об ограниченности уровня свободы мышления большинства людей, так запакованных в рамки повседневности, что даже в способности летать, люди ищут лишь практическую выгоду.

И так, час за часом, рассказ за рассказом, мы подъезжали к станице Нижегородская, которая наконец-то порадовала нас предновогодним снегом.

Константин

Мой друг Константин

За время нашего пути Константин иногда мне звонил с явным нетерпением и предвкушением предстоящей нашей встречи. Так уж получилось, что проживая на соседних улицах нашего посёлка, нам доводилось увидеться очень не часто. Всё дело в кардинально отличающихся наших жизненных ритмах.

Константин, сколько я его знаю, а знаю я его с первого класса школы, всегда куда-то опаздывает, постоянно его кто-то где-то ждёт, кому-то всегда нужна его помощь и он, как «Чип и Дэйл», вечно спешит эту помощь оказать.

В ящике, совсем не те медикаменты. Хотя как сказать…

Плюс ко всему посменная работа, семья и домик в деревне, который также требует внимания со стороны супермэна Кости. В общем вся жизнь на бегу, без возможности остановиться, послать к чёрту мирскую суету и просто кайфануть от мимолётно обретённого чувства свободы.Но Костя по другому не может. Не может не помогать, он настоящий друг! И я горжусь тем, что у меня есть такой друг.

Ну да ладно. Замечательно то, что на службе у него есть отпуск! Для Кости отпуск — маг и волшебник. В отпуске Костя меняется на глазах. У него появляется немного свободного времени, он с удовольствием работает в огороде, занимается облагораживанием придомовой территории. В эти моменты он мне особенно нравится. Даже лицо и голос его меняются в эти счастливые и редкие моменты его сумбурной жизни.

Его движения становятся неторопливыми, вялыми, тягучими, он чаще интересуется моей жизнью, внимательно слушает истории о моих приключениях, и так мы можем с ним в полной сонастройке проговорить иногда аж целых пол часа. Дальше, как правило, его начинают подгонять домашние дела и опять кого-то нужно спасать, кому-то что-то нужно отвезти или у кого-то что-то нужно забрать и передать кому-то, день рождения у крестницы, то куму помочь поменять колёса на УАЗе, супругу забрать с работы, а дочку отвезти к тёще, которой ещё нужно подвязать виноград. В общем мир к своему спасению опять призывает супермэна-Костю. Так что предстоящей встрече в горах за сотни километров от наших домов, что стоят на соседних улицах, был рад не только он, но и я.

Свернув на развилке, мы оказываемся в станице Нижегородской. Впереди у магазина я замечаю машину Кости. Это, как всегда, начищенный и наблищенный белый Opel. Костя тратит неимоверное колличество денег и времени на автомойках, но зато его машина всегда сияет, как золотая фикса во рту у цыгана.

Заметив мой автомобиль, Константин вылез из тёплого салона прогретого авто и улыбнувшись, иронично распахнул в стороны руки. Костя парень жилистый, среднего роста, худощавого телосложения, которое не меняется на протяжении всей его жизни. Всегда коротко стриженный, ну за исключением того времени, когда в начальных классах, причёски мы все носили одинаковые, которые имели одно адекватное название «сын булочника».

Несмотря на небольшой мороз и снег, Костя был одет налегке. На нём была красная олимпийка, чёрные спортивные штаны и ярко красные мокасины. На фоне снега и местных мужиков в чёрных телогрейках и камуфляжной робе он выглядел, как самый модный парень, самого модного ночного клуба города Махачкалы.

Я остановил свою машину, поставив её на ручник, вылез из-за руля и пошёл на встречу к нему с дружескими объятиями. Тут к нам подошла Маша, я её представил Косте, который при виде девушки ростом 150см немного растерялся и не знал как себя вести, как обращаться к девушке двадцати пяти лет, по факту выглядевшей лет на тринадцать, которой ещё бы санки в одну руку, оранжевый флажок в другую, и точно, можно в цирк по детскому тарифу. Костя, как воспитанный джентльмен, обращался к ней на Вы, но выглядело это со стороны наигранно и глупо, но потом, их договор о взаимном обращении на Ты, снял всю неловкость с данной ситуации.

С пивком, да по снежному серпантину

Костя, как и обещал, забронировал место на автостоянке, которая на праздник была вся забита автомобилями, припорошенными свежим слоем рыхлого снега. Подойдя к её забору, он по хозяйски распахнул створку сетчатого забора перед моим фольксвагеном, и я с пробуксовкой въехал на территорию автостоянки, забурившись по самый капот в рыхлый, наваленный к забору сугроб. С машиной вопрос был решён.

В ближайшем магазине я купил нам с Костей по бутылочке пива «Хадыженское», а Маше бутылочку Фанты. Сделав по глотку напитка, все расселись по местам в салоне начищенного Опеля. Костя даже в горах умудрился найти автомойку и вымыть свой автомобиль до блеска, снаружи и внутри, не нарушая своих традиций чистоты.

Константин топнул своим модным красным мокасином по педали акселератора, и иномарка мгновенно отозвавшись, вгрызаясь шипами в лёд дорожного полотна, понесла нас по горному серпантину через открытые окна, давая окружающим ясное представление о музыкальных предпочтениях своего владельца.

Костя ехал не спеша, тем самым растягивая удовольствие от возможности поговорить с нами. Похвастался тем, что им посчастливилось по хорошей цене забронировать деревянный сруб на 20 человек с собственной сауной. Пожаловался о том, что до сих пор, как дурак, трезвый, в то время, как вся компания уже давно начала подготовку-разминку к генеральному застолью, а он ждал нас, чтобы доставить к отелю без лишнего риска для нашей и его жизней.Разговор шёл, музыка лилась из динамиков, а километры таяли, как лёд, в тех местах, в которых через дорогу периодически протекали ручьи, создавая по краям глянцевые наледи.

Оставив позади 18 километров извилистой ледяной горной магистрали, мы остановились у ворот нашего отеля. Отблагодарив друга, и получив от него приглашение на их банкет, мы с Машей подхватили свои рюкзакии направились в сторону Reception. Константин, накрутив громкости своей магнитолы, под песню со словами «давай лавэ и будет легче твоей голове» (М.Крэдо) стал медленно утюжить снег в сторону своего сруба с сауной и уже заждавшимися его друзей.

 

31 декабря. Неприятности начались незаметно для нас

Изрядно нагулявшись по самшитовому лесу и узкоколейной железной дороге, мы возвращались в номер своего отеля.

Мезмай узкоколейная
Узкоколейная железная дорога в Мезмае
Самшит
Самшит в Мезмае

Пользоваться приглашением Кости мы не стали, так как хотели больше времени провести вдвоём. Но вдруг мы поняли, что в своей машине оставили одну очень важную вещь! Нет необходимости уточнять, что это была за вещь, пусть это останется в этом рассказе тайной. Главное, что она была действительно очень важной для нас именно в эту новогоднюю ночь.

Что делать? —Варианта было три: идти пешком 18 километров туда и обратно, мой друг Костя—супермэн, или отказаться от затеи вовсе

— Звоню Косте. Длинные гудки в трубке сменяются голосом Руслана, нашего общего знакомого, пытавшегося под действием алкоголя приструнить свой непослушный язык и грамотно сформулировать предложение, суть которого было в том, что Константин этот мир давно покинул и спит крепким, беспробудным сном. Так, на этой печальной ноте, разговор с Русланом был окончен — мы положили трубки, перед этим напоследок поздравив друг друга с наступающим праздником.

Осталось два варианта, на один из которых мы не были согласны изначально. И тогда я начинаю прикидывать, своим умом, знания в котором были чисто теоретическими. Я говорю Маше

— мы, впринципе, можем и прогуляться. Средняя скорость пешехода примерно 5 километров в час, идти в одну сторону 18 километров, и того 3.5 часа в одну сторону и 3.5часа в другую.

Звучалоэто всё для нас довольно безобидно. Кто бы мне тогда, доморощенному специалисту по спортивному ориентированию сказал, что всё ж имеется разница между средней скоростью пешехода по прямой дороге и горной, покрытой льдом. Представив предстоящий путь, как вечернюю лёгкую прогулку, мы с Машей двинулись в путь.

После первого подъёма по льду с поворотом, я смекнул, что наше решение не совсем простое, каким показалось мне изначально, но отступать и проявлять слабость перед Машей мне не хотелось, тем более она сама не возмущалась и не жаловалась на усталость.

И так прошло несколько часов. Дорога между Нижегородской и Мезмаем не имеет никаких промежуточных населённых пунктов и даже никаких признаков присутствия людей . Со всех сторон дремучий лес на десятки километров вокруг. Маша, на удивление, проявляла чудеса стойкости женского духа. У неё были ботинки на плоской подошве, которые на уклонах дорожного полотна сильно скользили. Из-за этого нам приходилось идти по обочинам по снегу и лужам.

Вокруг кромешная тьма, вой шакалов, мрачный ночной лес. Но Маша шла молча, с тотальной отрешённостью от окружающей нас суровой реальности, шла упрямо вперёд, как Моисей через Синайскую пустыню. Дорога сильно петляла, и нам каждый раз казалось, что вот-вот за этим поворотом, покажутся очень уж желанные огни станицы Нижегородской, но за ним был лишь очередной поворот, до которого тянулась извилистая дорога, покрытая льдом, мерцающим своим коварным блеском в свете холодной луны.

Не знаю сколько часов мы прошли в таком режиме, но мысль о том, что нам ещё возвращаться обратно, опускала нас на глубину нашей силы духа. Ботинки промокли насквозь, ноги замёрзли, а мороз всё крепчал по мере наступления темноты.

Вдруг с неба повалил крупными хлопьями снег, как будто кто-то над нами выпотрошил огромную пуховую перину. Снег сыпал всё сильнее и сильнее. Вот мы уже, как два хоббита, пробирающиеся к башне Саорона, бредём по снежному покрывалу вблизи отвесного обрыва. Подскальзываясь, падая и поднимаясь на льду, мы с радостью вдруг заметили вдали вожделенные огни станицы. Вид этих огней нам добавил сил и упрямства.

Ускорив темп, под нарастающим снегопадом, вскоре добрались до автостоянки с нашим автомобилем. Быстро откопав в снежном сугробе двери, водительскую и пассажирскую, мы запрыгнули греться в салон. Я завёл двигатель, увеличил обороты, нагнал температуру антифриза в системе охлаждения и запустил печку.

Маша сняла ботинки и, растирая свои окоченевшие ноги, просила меня быстрее подать тепло. Но мои доводы о том, что печка начнёт греть, когда поднимется температура двигателя, её не интересовали. Ей было холодно и всё! Пока дизельный двигатель ревел под заваленным снегом капотом, я стал обдумывать наше положение, и как быть дальше.

Я понимал, что идти назад — задача уже явно не выполнимая — заметёт снегом и замёрзнем по дороге. В машине оставаться спать — дело опасное, так как можно угореть от выхлопных газов, когда нас полностью в машине заметёт снегом, да и это будет не сон, а одно мучение. И всё это, да в новогоднюю ночь!

Оценив все риски и безнадежность нашего положения, я принял своё твёрдое решение мужчины:

— Маша, я понимаю, что ты устала и очень замёрзла, но чем дольше мы сидим в тёплой машине в этом сугробе, тем с каждой секундой у нас уменьшается шанс поймать попутку и попасть в тёплый номер нашего отеля. Оставляй свои мокрые носки тут в машине, наматывай на ноги тряпки, что найдём в салоне, как солдат портянки, и выходим на дорогу. Нам с тобой повезёт только в одном случае, если какой-то запоздавший работяга, 31 декабря, в 23.00, на джипе, а другой автомобиль просто не одолеет этот участок заснеженной дороги, будет возвращаться домой. В это тяжело поверить, но мы с тобой поверить должны!

Маша, дрожащими руками, намотала ветошь на свои окоченевшие ноги, натянула промокшие насквозь сапоги, и мы вылезли из машины, под снегопад, предварительно не забыв забрать то, за чем собственно и проделали этот опасный маршрут.

К снегопаду ещё, на наше несчастье, добавился дождь, и стоять под открытым небом в ожидании чуда, не представлялось возможным. Тогда мы пошли к магазину, в котором я покупал пиво и фанту. Магазин конечно был закрыт, но под его небольшим крылечком, в луже воды, лежали два камня, подпирающих выцветшую от времени металлическую дверь, как раз по одному для каждого из незадачливых путешественников. Так мы и разместились, усевшись прямо на них в луже, оперевшись спинами на холодный метал входных дверей магазина.

Везёт тем, кого везут

И тут, едва успели усесться и расслабиться, как нас осветил свет фар, мелькнувший из-за поворота. Я вскочил и крикнул Маше — бежим! Маша вскочила, и мы по лужам и снежным сугробам, быстро, как могли, понеслись на дорогу. Выбежав на её середину, стали ждать нашу удачу.

Да, это была именно удача! На развилке машина повернула в сторону Мезмая, и это был полноприводный УАЗ! Я просто не поверил своим глазам, мне казалось, что в тот момент я уверовал сразу во всех богов, что только могли понапридумывать все наши предки со времён древнего Египта. Фары приближались, а мы с Машей начали активно махать руками, но автомобиль не сбавлял ход, так как, скорее всего, водитель из-за плотности снегопада нас не замечал. Лишь когда до нас оставались десятки метров, машина резко затормозила, уйдя в левый занос, остановившись поперёк дороги.

Заглушая шум двигателя, с металлическим скрипом, быстро отворилась дверь водителя, из проёма которой появился силуэт худощавого мужчины в свитере, который нас громко спросил:

— Что у вас случилось?

Мы подбежали к нему, стирая с лица капли дождя и растаявшего снега. Сквозь тяжёлое, уставшее дыхание, я объяснил суть нашего положения и нашу просьбу. Выслушав, водитель, громко крикнул:

— садитесь! —махнув рукой, указывая в сторону пассажирской двери.

Стряхнув мокрый снег со своих волос, он также быстро исчез в салоне УАЗа, как и появился из него, захлопнув за собой с силой и скрипом стальную дверь джипа. Я ещё несколько секунд стоял ошеломлённый происходящим, отказываясь верить глазам и ушам своим, потом схватил Машу за руку, и мы быстрыми шагами направились каждый к своей двери.

Отряхнув друг друга от снега, мигом заскочили в тёмный салон автомобиля. Мужчина подождав, когда мы займём свои места, ещё раз пристально всмотрелся в наши мокрые, но довольные лица, улыбнулся и хриплым прокуренным голосом сказал:

— ну что, поехали! — с такой интонацией, как будто мы втроём сидели в эмалированной ванне, на самом верху олимпийской санно-бобслейной трассы.

И эта ассоциация, как потом оказалось, всплыла в моей голове далеко небеспочвенно.

Дело в том, что пока мы садились в салон, на лобовое стекло нападал толстый слой снега.

— Ну и что тут тако́го? — спросите вы.

— Да ничего особенного. — отвечу я. Но с одной ремаркой.

— когда у вас на автомобиле, работают дворники!

А у нас они не работали! Но дядя Миша, а именно так звали нашего спасителя, оказался водителем—виртуозом. Он, не долго думая, не одевая куртки, в свитере, без шапки, вылез из приоткрытой двери, одной рукой расчищая себе лобовое стекло от налипающего снега, а второй крутил баранку своего полноприводного «дрындолёта». В общем — едем.

УАЗ медленно, повышая уровень вибрации кабины, набирал скорость. Вот уже дядя Миша включил вторую передачу, третью — залепило снегом стекло. Дядя Миша опять вылезает его чистить. Сложно представить, как ещё при этом он дотягивался ногой до педали газа, но не суть. Тут придирчивый читатель чертыхнётся и скажет.

— да что тут такого особенного, ну горный серпантин, ну гололёд, липкий снег, не работают дворники, водитель по пояс вылез из салона, одной рукой смахивает снег с лобового стекла, другой рулит.

— третья передача, идите на полном приводе на зимней резине, как по рельсам и не паникуйте!

И опять я соглашусь с вами.

— да, может быть ничего особенного, но только тогда, когда у вас в исправном состоянии коробка переключения передач, и не выскакивает третья передача, и когда у вас стоят зимние шипованные шины, а не летние и лысые, как голова генсека Никиты Хрущёва!

Хорошо, Маша была на тот момент начинающим водителем, и не понимала всей серьёзности той ситуации, в которую мы попали. И когда в очередной раз дядя Миша вынырнул из салона поработать рукой вместо дворника, Маша подвинулась ко мне и сказала с улыбкой

— как нам с тобой сильно повезло!

Но, наверное, выражение моего лица, поспособствовало исчезновению улыбки с её довольного лица, поменяв его из довольного на вопросительное. На что я ответил.

— Подожди, теперь нам нужно как-то остаться в живых.

И на этих моих словах, выбивает третью передачу. Дядя Миша засовывается в салон, но машина уже набрала накатом по склону на нейтральной передаче приличную скорость и продолжала её набирать, пока водитель под металлический скрежет шестерней безуспешно пытался воткнуть рычаг в положение третьей передачи.

Снег безжалостно залеплял стекло. Ночь. Дядя Миша с размаху и с рыком безуспешно врубает на место рычаг, хрипит печка, подсвистывая своим вентилятором, и мы втроём летим прямиком в распахнутые ворота ада, по склону, покрытому льдом… Слева обрыв, справа кювет.

— Дядя Миша, только не тормоза и не первую, и не вторую передачу, ну, пожалуйста… — тихо под нос бормочу себе я.

Хруст, УАЗ споткнулся — включилась третья передача, и началось то, чего я и остерегался. Колёса на скорости резко получили сцепление со скользкой дорогой, хоть и на третьей передаче, но это нас не спасло. Машину стало медленно вращать: первый тулуп, второй тулуп, третий, и мы передним бампером втыкаемся в снежный сугроб на обочине. — Видел бы это Евгений Плющенко, он бы аплодировал нам стоя, утирая слёзы восторга с умилённого лица! Воцарилась тишина, дядя Миша после пары секунд замешательства, хлопнув ладонью по рулевому колесу, сказал — наверное пора подключать передний привод. В этот момент, мои глаза округлились и я с удивлением спросил,

— Так мы ещё и на одном, на заднем приводе?

Дядя Миша молча повернулся вперёд, продемонстрировав в полумраке свой профиль Юлия Цезаря, и задумчиво пробасил:

— забыл, бывает иногда такое.

Открыв дверь, он выпрыгнул из машины, отдавшись во власть бушующего снегопада. Обойдя машину, и оценив ситуацию, открыл заднюю дверь и вежливо попросил Машу немного подвинуться с такой интонацией, как будто он опоздал в оперетту на начало акта и сейчас протискивается между рядами в чёрном смокинге с бабочкой, пытаясь в темноте отыскать своё место в ряду.

Маша прижалась ближе к противоположной двери, а дядя Миша, перевалившись через спинку заднего сиденья, начал сильно грохотать переворачивая содержимое багажника, пытаясь найти нужный инструмент. Тут зазвонил в его кармане телефон. Это был обычный дешёвый кнопочный мобильник — Звонили клиенты.

Дядя Миша оказался владельцем мини гостиницы, причём как мы поняли в последствии, ну прям совсем «мини». Его клиенты не могли разобраться как на кухне включить газовую плиту. Дядя Миша, с грохотом переворачивая верх дном всё содержимое багажника, уперевшись при этом задницей в потолок, в машине, заметаемой снегопадом и въехавшей на треть корпуса в сугроб, на краю пропасти, вежливо объяснял, как под кухонным столом нащупать вентиль газового баллона. Клиенты, судя по всему, были хорошо под «Шафе», так как инструкции дяди Миши, оставляли их мозг девственно чистым, из-за чего вопросы повторялись снова и снова. Но эта ситуация никак не могла поколебать буддийское спокойствие перегнувшегося пополам через спинку заднего сиденья, дяди Миши.

В итоге, заветный ключ был найден, и мы пошли подключать передний мост, а диалог с нетрезвыми гостями продолжался. Тут дядя Миша махнул рукой, давая понять, что помощь моя ему не нужна, и я могу занять своё место в кабине и не мёрзнуть. Я его послушал, и вернулся к Маше, которая, наконец-то, начала отогреваться, за то время пока никто не высовывается из кабины протирать стекло, тем самым выветривая тёплый воздух из салона.

Десять минут, и передний мост был подключён. Дядя Миша вернулся к нам, изрядно припорошенный мокрым снегом. Небрежно смахнув ледяную корку с головы на руль и приборную панель, выжал педаль сцепления, завёл двигатель, включил заднюю передачу, побуксовал немного, и старенький УАЗ снова вернулся на проезжую часть.

Остаток пути, до места назначения, мы двигались уже без исполнения фигур высшего пилотажа. За время движения по горному серпантину на протяжении десятка километров, наша команда окончательно сплотилась. Теперь мы управляли уже действительно полноприводным «дрындолётом» так слаженно, словно единый живой организм. Когда дядя Миша работал вместо дворников, я в это время, левой рукой, держал рычаг переключения передач в положении третьей передачи, чтоб его больше не выбивало. Вот так мы и добрались до нашего отеля.

Дядя Миша, остановил машину, вышел на улицу с нами попрощаться, мы его обнимали в знак благодарности так крепко, как вряд ли кого в своей жизни так обнимали. Но так я до сих пор и не понял, то ли за то, что он спас нас от холода, то ли за то, что не угробил нас всех в процессе спасения?

Отойдя от машины, мы с Машей некоторое время шли молча, каждый был погружён в свои мысли от букета свалившихся на нас фееричных эмоций. Молчание нарушила Маша.

— Знаешь, мне показалось, что этот дядя Миша, несмотря на свой внешний вид и проблемную машину, был похож на ангела.

Мы остановились и вместе повернулись туда, где несколько минут назад, стоял УАЗик, а рядом с ним, в своём промокшем насквозь от снега свитере, Дядя Миша, провожавший нас вслед молчаливым взглядом. Но на том месте, была лишь пустынная, припорошеная снегом, извилистая, как змея, ледяная горная дорога, на которую при свете уличных фонарей, медленно, словно лебединый пух, с неба в ночной тишине, раскачиваясь, словно в колыбели, падали неспеша белые снежные хлопья.

И тут, вдруг, раздался первый залп новогоднего салюта в нашем отеле, который подхватили другие отели курортного посёлка Мезмай. На улицы стали выходить с фейерверками и шампанским радостные люди, а мы стояли с Машей взявшись за руки, не понимая одного, был ли это сон или нет…. А если и был это тот самый ангел — хранитель, то кто сказал, что этот ангел, чтобы спасти тебя от беды, должен прилететь обязательно на крыльях, а не на старом поломанном УАЗике?

P.S. Дяде Мише посвящается…. без лишних слов — просто спасибо тебе от нас с Машей.

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *